кандидат исторических наук, старший научный сотрудник
Cand. Sc. (History), Senior Research Associate
кандидат исторических наук, старший научный сотрудник
Cand. Sc. (History), Senior Research Associate
Введение. В статье предпринимается попытка исследования названия племени шошоолог (или, в русской орфографии, шошолок) в контексте этногенеза и этнической истории монгольских и тюркских народов Внутренней Азии и Сибири. Изучение этнической истории монгольских и тюркских народов региона посредством ввода новых материалов по истории, этнографии, в том числе исследований этнонимики, расширит представления о расселении и миграции носителей этого этнонима. Цель исследования ― проанализировать этимологию этнонима šošōloγ, рассмотреть ареал и пути его распространения. Материалы и методы. Авторы опирались на письменные, этнографические и фольклорные источники, связанные с упоминанием исследуемого этнонима. В письменных источниках XVII–XIX вв., преимущественно на русском языке, таких как отписки казаков, а в дальнейшем ― путевые отчеты и переписи населения, фиксируются разные формы этого этнонима, хоть представленные и в искажении, но дающие возможность составить представление о территории расселения его носителей и предоставляющие информацию для лингвистических построений. В этнографических источниках обычно упоминаются носители этнонима в контексте преданий о происхождении и расселении его носителей как в Прибайкалье, так и в Монголии. Фольклорные источники в записях Н. Н. Поппе, С. П. Балдаева и др. фиксируют упоминания шошолоков как сильного шаманского рода у бурят, в то же время среди них обнаруживаются интересующие разные формы этнонима. Представленные в разных записях орфографические формы этнонима, с учетом имеющихся в науке представлений об исторических закономерностях развития языков, дают основу для фонетических реконструкций и локализации трансформации фонетического облика этнонима как в хронологическом, так и географическом диапазонах. Наряду с другими данными по этнонимике и ономастике монгольских и тюркских народов они представляют блок лингвистических данных. Выводы. Сопоставительный анализ этнонимики, содержащейся в источниках различного происхождения, на основе использования методов фонетической реконструкции позволил предложить и обосновать новую этимологию этнонима, а также реконструировать дальнейшее развитие его фонетического облика.
Introduction. This article under takes a study of the clan name Shoshoolog (Šošōlog) in the context of ethnogenesis and ethnic history of the Mongolic and Turkic peoples of Inner Asia and Siberia. New historical and ethnographical data, including the evidence of ethnonymics as a part of the ethnic history of the Mongolic and Turkic peoples of the region will contribute to the knowledge of the migration and settlement history of the Shoshoolog people. The study aims at examining the etymology of the term šošōloγ, the area where it wasspread and theways of itsspread. Data and methods. The authors have taken into account written documents, ethnographical and folklore sources that contained references to the ethnonym in question. The written sources of the period between the seventeenth and nineteenth centuries, mainly in Russian, such as Cossacks’ otpiski (reports), and, more recent, travel and census reports, contain various forms of the ethnonym, often incorrectly spelled but still of interest as evidence pointing at the settlement areas of the ethnic group, as well as a source for linguistic speculation. The ethnographical sources include references to the ethnic group in question based on the legends and sagas shedding light on the people’s origin and settlement patterns both in the Baikal area and in Mongolia. The folklore texts written down by N. N. Poppe, S. P. Baldaev, etc. Include the stories of the Shoshoolog as a Buryat clan with a strong Shamanic background, as well as various forms of the ethnonym. Granted the available knowledge of the historical patterns in the language evolution, the orthographical forms of the ethnonym contained in different records were used as the data for further phonetical reconstructions and localizations of the ethnonym’s phonetic shape in terms of chronological and geographical dimensions. This data, alongside other material on the ethnonymics and onomastics of Mongolic and Turkic peoples, contributes to the linguistic part of the database in the field. Conclusions. A comparative analysis of ethnonymic evidence contained in a variety of sources examined resulted in phonetic reconstructions of the ethnonym under study to finally shed new light on its etymology, as well as to project further developments of its phonetic shape.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.