кандидат филологических наук, старший научный сотрудник
Cand. of Sc. (Philology), Senior Research Associate
Введение. В изучении истории любого языка особую ценность представляют лексикографические материалы. Что касается калмыцкого языка, самые ранние из сохранившихся источников подобного рода относятся ко второй половине XVIII в.: это анонимный русско-калмыцкий словарь, повторно опубликованный в 2014 г., и латинско-русско-калмыцкий словарь Адриана Соколова (1769–1771), до сих пор не введенный в научный оборот. Цель статьи — дать общую характеристику словаря А. Соколова и рассмотреть на его материале некоторые фонетические особенности калмыцкого языка второй половины XVIII в. Материалом исследования выступает «Kalmükisch Vocabularium von Studenten Adrian Sokolov in den Jahren 1769.1770 und 1771» («Калмыцкий словарь, [составленный] студентом Адрианом Соколовым в 1769–1771 гг.») из фондов Российской национальной библиотеки (г. Санкт-Петербург). Словарь состоит из 76 листов и включает 1 785 калмыцких слов. Автором статьи был выполнен набор русско-калмыцкой части словаря с добавлением форм современного литературного языка, после чего подготовленный файл был загружен на платформу Lingvodoc для сравнительно-сопоставительного анализа с прамонгольскими рефлексациями и формами современного литературного калмыцкого языка. Результаты. Особая ценность рассматриваемого в публикации словаря заключается в том, что в нем представлена авторская кириллическая транскрипция калмыцких слов, выполненная сторонним наблюдателем, не знакомым с нормами книжного (письменного) языка и поэтому более точно (на наш взгляд) отразившим особенности звучания устной калмыцкой речи в рассматриваемый период. Установленные в словаре соответствия, такие как Сок. е — лит. калм. ө (ПМонг. *e), Сок. о — лит. калм. ɵ, Сок. ай / ой — лит. калм. а, Сок. и — лит. калм. ү, Сок. б — лит. калм. в совпадают с прамонгольскими рефлексами и могут быть охарактеризованы как архаичные черты калмыцкого языка второй половины XVIII в., которые обнаруживаются и в калмыцких словниках немецких ученых того же периода Г. Ф. Миллера (1760–1762), П. С. Палласа (1771, 1776–1789), Б. Бергмана (1804–1805) и Ю. Г. Клапрота (1831). Это позволяет сделать вывод о том, что данные языковые явления были характерны для калмыцкого языка этого периода в целом, а не только для отдельных диалектов. Инновационные соответствия Сок. е — лит. калм. ɵ (ПМонг *ö), Сок. о — лит. калм. у, Сок. ц — лит. калм. ч также встречаются в материалах немецких исследователей, что может указывать на их наддиалектный характер. Соответствия Сок. io — лит. калм. ү, Сок. у — лит. калм. ө и Сок. у — лит. калм. ү установлены только в словнике Б. Бергмана, в котором зафиксирован, скорее всего, дербетский говор калмыцкого языка, поэтому можно предположить, что в словаре А. Соколова также отражены диалектные особенности данного говора.
Introduction. Lexicographic sources are of special value in the studies on the history of any language. As for Kalmyk language, the earliest sources of such kind dating back to the second half of the 18th century are an anonymous Russian-Kalmyk dictionary published by Kalmyk researchers in 2014 and Latin-Russian-Kalmyk dictionary by Adrian Sokolov (1769–1771), which has yet to be introduced into scientific circulation. This paper aims to provide a general description of A. Sokolov's dictionary and to analyze some grapho-phonetic features of the Kalmyk language of the second half of the 18th century. The study is based on “Kalmükisch Vocabularium von Studenten Adrian Sokolov in den Jahren 1769, 1770 und 1771” stored in collections of National Library of Russia (St. Petersburg). The dictionary consists of 76 pages and includes 1,785 Kalmyk words. We compiled the Russian-Kalmyk part of the dictionary and added modern literary Kalmyk forms, after that the dictionary materials were uploaded to Lingvodoc platform to provide comparative analysis with Proto-Mongolic and contemporary literary Kalmyk forms. Results. The particular value of this dictionary is that it contains an author's Cyrillic transcription of Kalmyk words, made by an outside observer unfamiliar with the rules of the literary (written) language, and therefore more accurately (in our opinion) reflecting the characteristics of Kalmyk oral speech of this period. The correspondences established in the dictionary, such as e — lit. Kalm. ө (Proto-Mongolic *e), o — lit. Kalm. ɵ, ai / oi — lit. Kalm. a, i — lit. Kalm. ү, b — lit. Kalm. в, coincide with Proto-Mongolic reflexes and can be characterized as archaic features of the Kalmyk language of the second half of the 18th century. They are also found in the Kalmyk wordlists made by German scholars of the same period, such as G. F. Müller (1760–1762), P. S. Pallas (1771, 1776–1789), B. Bergman (1804–1805), and J. G. Klaproth (1831). This allows us to conclude that these linguistic features were typical for the Kalmyk language of this period as a whole, and not just for separate dialects. The innovative correspondences such as e — lit. Kalm. ɵ (Proto-Mongolic *ö), o — lit. Kalm. у, and ts — lit. Kalm. ч are also found in the abovementioned wordlists, which may indicate the fact that they were supra-dialectal. The correspondences io — lit. Kalm. ү, u — lit. Kalm. ө, u — lit. Kalm. ү are only found in B. Bergman's materials, who recorded, supposedly, Derbet dialect of the Kalmyk language. Thus, we can suggest that the dictionary by A. Sokolov also reflects the dialectal features of Derbet dialect of the Kalmyk language of the second half of 18th century.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.